Самозванец злобно помрачнел:
— Ты сам сказал: это девчачьи проделки! Кому бы из мальчиков такое в голову пришло? Только тому, у которого в голове девчачьи мысли!
— Ах ты, негодяй несносный! — ,в ярости прокричал Джеффри. — Ну, давай, попробуй повторить вот такую «девчачью» проделку, если сумеешь!
Невидимая рука ухватила самозванца и, вертя, понесла по воздуху к Корделии. Мальчишка орал от злости и страха, а Корделия, поняв замысел брата, воскликнула:
— Да на что он мне сдался? Забирай этого мерзавца обратно!
Вертящийся в воздухе мальчишка вдруг развернулся и понесся в противоположную сторону.
— Нет уж, получай его! — задорно выкрикнул Джеффри, и самозванец, уподобившийся мячику, замер в воздухе всего в одном футе от его головы, развернулся и полетел к Корделии. Наконец он злобно взвыл, послышался щелчок, и на полпути до девочки мальчишка исчез.
— Вперед, за ним! — скомандовал Магнус, но он еще не успел договорить, как Джеффри со звуком, подобным ружейному выстрелу, исчез.
В толпе все разом взволнованно и раздраженно загомонили.
Грегори задумался, сосредоточился.
— Он поймал самозванца! — сообщил он через несколько мгновений.
— Да и как он мог его не найти! — фыркнула Корделия. — Ведь это — сущий пустяк для того, кто так подкован в игре в «салки-исчезалки»!
— Очень скоро толпа начнет кричать, что пора бы сжечь колдунов на костре, а мы, похоже, вряд ли сумеем их успокоить.
Корделия кивнула:
— Надо усмирить их, да поскорее! Приступай!
Магнус вытаращил глаза:
— Я?! Да как же я могу их успокоить?
Корделия пожала плечами.
— Ты старший, — только и сказала она.
Магнус одарил ее мстительным взором и в отчаянии огляделся по сторонам в поисках поддержки.
Тот, кто мог бы ее оказать, сидел на телеге, в самом дальнем уголке, беспечно положив ногу на ногу.
— Поговори с ними, — посоветовал он. — Расскажи про то, чем на самом деле заканчиваются все деяния шерифа. Они поверят тебе, ибо ты — сын Верховного Чародея.
Магнус, не отрывая глаз от эльфа, облизнул пересохшие губы и прошептал:
— Но что же… что же мне им сказать?
— Придумаешь что-нибудь, — заверил его Пак. — А не выйдет — так я тебе подскажу.
Магнус еще мгновение пристально смотрел на эльфа.
— Хорошо, — кивнув, сказал он. — Спасибо тебе, Робин. — Он вдохнул поглубже, расправил плечи и, развернувшись к толпе, поднял руки и вскричал: — Люди добрые, послушайте! Умоляю вас, выслушайте меня!
Тут и там жители деревни и пришлые крестьяне стали оборачиваться, поддевать локтями или окликать соседей. Мало-помалу все притихли, и наконец стало настолько тихо, что Магнус смог говорить.
— Вас повел за собой злобный мальчишка-колдун, — начал он. — А злобность его доказать очень просто: он призывал вас к войне! Может, вам так и не показалось — однако не обманывайтесь! Если шериф сражается с лордами, будет не одно сражение, их будет много! Будет самая настоящая война, а в конце ее шериф сразится с королем!
Толпа при этих словах мальчика опять взволнованно и возмущенно возроптала. Люди разворачивались друг к другу и вопрошали, может ли такое быть правдой. На этот раз Магнус не предпринимал попыток утихомирить людей. Он просто стоял на телеге, подбоченившись, и ждал, понимая, что теперь у людей на уме мысли о том, прав ли шериф, и что о чародеях и волшебницах на время забыто.
Грегори потянул Магнуса за подол рубахи:
— Это правда, Магнус? Шериф воистину желает напасть на короля Туана?
— Не знаю, — честно признался Магнус. — Но ведь это похоже на правду, верно?
Грегори кивнул:
— Мне кажется, иначе и быть не может. А сам-то шериф это понимает?
Магнусу этого вполне хватило. Если его прозорливый младший братишка сказал, что такой исход неизбежен, значит, так и должно было случиться. Он вновь поднял руки, прося тишины. Когда толпа немного успокоилась, Магнус крикнул:
— Послушайте, что я вам скажу, добрые люди! — Тут же стало совсем тихо. — Тот, кого мы называли братом, и есть настоящий Джеффри Гэллоугласс, сын Верховного Чародея. Мы — братья и сестра, мы — дети Верховного Чародея! И я говорю вам: наши мать и отец ни за что не одобрили бы деяния этого шерифа! Но сейчас на всем острове Грамерай беспокойно, и потому наши мать и отец не могут поспеть всюду, чтобы навести порядок! — Ну, тут он, конечно, немного приврал… — Потому мы и пришли, чтобы поговорить с вами! Ждите, наблюдайте за происходящим, оберегайте ваши деревни! Наберитесь терпения и сохраняйте верность королю и королеве! Не участвуйте в беспорядках, а не то все станет еще хуже, чем теперь!
Некоторые люди смутились, а те, что стояли дальше других, начали Отходить назад, к домам.
Вообще-то как раз этого Магнус и добивался, но нельзя было допустить, чтобы его слова обидели крестьян.
— И если среди вас, — поспешно продолжал мальчик, — есть те, кто поверил самозванцу и покинул свою родную деревню, молю вас: поспешите в обратный путь! Как знать, что теперь с вашими домами, с вашим хозяйством, с урожаем, который вы взращивали с таким трудом! Поскорее возвращайтесь домой! Оберегайте свое добро и своих домашних!
Тут уж и те, что стояли в самой гуще толпы, начали беспокойно оглядываться, а те, что уже успели отойти, прибавили шагу, и было видно, что им уже все равно, кто и как на них поглядывает. Ведь сам старший сын Верховного Чародея велел им расходиться по домам!
Корделия облегченно вздохнула.
— Неплохо, братец! — вырвалось у нее. — Только теперь я поняла, что тут могло произойти нечто страшное!